prodam_il [almodavaro]

Набор для Фондю (Fondue), новый в упаковке, диаметр чаши – 13 см., в подарочной упаковке есть также книга (на иврите) Анджелики Илис «Мевашлим аль ха-шульхан», 50 шек.

prodam_il [mishutka13]

Продам пылесос, полностью рабочий, только нет металлической траубки и большой щётки (есть шланг и 2 маленькие щётки)

Почти как этот:    http://www.zap.co.il/model.aspx?modelid=357981   (только более ранняя модель)

Территориально: Рамат-Авив
Цена: договорная
Связь: пишем в личку  (комменты проверяю постолько-поскольку)

photo_polygon [polygon_keeper]

Третий и четвертый кадры в этом посте - волюнтаристский выбор модератора из тех же историй-лидеров недели.

tiomkin

They’re everywhere.
Негры.

Я уже почти смирился с мыслью, что они везде. Но видать и впрямь – «закон притяжения», или как его там, работает. Вот мой друг детства, он их никогда не видит. Мне же они попадаются на каждом шагу.

Ну да, я почти согласился с тем, что я живу в Южном Бронксе. Что шагу нельзя ступить, чтобы не столкнуться с кафром. Ну, бывает. В конце концов, мне как знатному белому южноафриканскому расисту это даже положено. Но не до такой же степени-то, право слово!

01:10. Час ночи и даже больше. Ночь на дворе. Приличные люди спят, остальные тусуются в кабаках. Мы с другом детства, хорошо посидев за бутылкой коричневой шотландской водки, выходим из дома, я за сигаретами, он в пространство. Пока-пока, будь здоров, увидимся. На всю округу – один ночной магазинчик, в число постоянных клиентов которого я вхожу more than I care to remember (в том плане, что если старик Батурин издаст строжайший приказ вообще не продавать ничего крепче минералки, я в любое время там смогу купить все что крепче 10% и более).

Час ночи, повторяю. Вокруг тишина и благолепие. На улице никого – даже ментов и пьяных. Захожу, пробиваю на кассе сигареты…

В магазин заходят ТРИ(!) негритянки.
Oh!
My!
God!

Курлычут что-то по-английски (как обычно, речь о каких-то тряпках и парфюме). Фенотип непонятен, но похоже на Центральную Африку – хотя в этом я не силен, скажу честно. Двое стоят у прилавка, тараторя со скоростью 10²⁰ слов в минуту. Третья безуспешно пытается открыть холодильник с кока-колой.

Я «преступно добр», как говорит один мой добрый друг. Вместо того, чтобы с лицом британского полковника, попавшего на ритуальные пляски индийских проституток в Калькутте, пройти мимо, я машинально говорю: - Just pull it, that's all.
- Oh, thank you, thank you, very much, - отвечает кафрская девушка (страшная, как жизнеописание разбойника Кудеяра). Цвет её кожи – как качественный шоколад, покрытый едва уловимым налётом белизны, чуть-чуть тусклый. Волосы покрашены в основные цвета радуги – а названия остального спектра я не знаю. Потом она спохватывается: - Oh, you speak English?
- Sure, I do, - отвечаю я, и чтобы не дать ей опомниться, с ходу интересуюсь. – Where y’all from? – делая флегматичный жест в сторону её товарок.
- I am from Ghana. Ghana. It’s in Africa.
- I know where it is, - киваю я.
- Oh, you know Ghana? You know Africa? - она неподдельно удивлена.

У девушки тут же в глазах начинает работать калькулятор. Нет, я прекрасно понимаю, что она студентка, и скорее всего из РУДН, благо расположен он не так чтобы и очень далеко. Одеты девушки хорошо. Не так чтобы очень хорошо – но более чем. Это видно по одежде, по сумочкам, по каким-то мелким деталям, по тому как они держатся, по тому, как они смотрят на всё. Я более чем уверен, что у них у всех чудовищно богатые родители, что они прибыли сюда, чтобы изучать почвоведение и мелиорацию, что они корпят дни и ночи над учебниками! Даже грешно подумать, что может быть иначе! А уж один случайный разговор с милицейскими, пояснившими, что если чёрные мужчины в районе между «Беляево» и «Юго-Западной» держатся понтово и при деньгах – то за этим наркота, а если это женщина, то понятно, что – вообще надо отнести к разряду небылиц!

Взгляд – машинально – скользит по мне, арифмометр щёлкает, мозги скрипят.

Я поворачиваюсь боком – на рукаве моей рубашки нашивка: контур Африки характерных цветов (желтый-белый-черный-красный), силуэт носорога и несколько сокращений и слов (those in the field would gotcha message).
- Oh, my! – изумляется она. – Where are you from? From America? - (пауза) - From Africa?
Ее подруги, наконец сообразив, что помимо них этот мир тоже существует, поворачиваются в нашу сторону, и с любопытством смотрят на меня.

Да простится мне это в будущем, но сдержаться я не смог. Грех упускать такой случай.

- Yes, of course. I am from Zuid-Afrika. South African Republic – the homeland of apartheid. Van Zuid-Afrika af. (Сомневаюсь, что она поняла последнюю фразу, но это роли не играет).

Лицо – не мгновенно, но быстро – становится тусклым.

- Never thought I could see a lotta pretty kaffir girls here, - я вежливо улыбаюсь. – Welkom, bly te kenne. Fell free to stop by – I live here.
- Yes, thank you, - девушка напряженно-вежливо кивает, отходит к подругам, и они переходят на родное наречие, посматривая на меня. В старые времена это называлось «культурный шок» – добро пожаловать.

«Poesdom» - последняя печальная мысль, при выходе из магазина.

Час ночи. Не глухомань, но далеко не Тверская с Манежкой.
They’re everywhere, indeed.